Перейти к содержимому

Слепая зона на 100 млрд долларов

История автомобиля распределена между производителем, дилером, сервисом и страховщиком, и никто не видит её целиком. Эта фрагментация ежегодно оставляет неиспользованными более 100 млрд долларов.

Опубликовано

IВведение. Обратный отсчёт до приза в миллиарды долларов

A. Рассвет программно определяемого автомобиля

Автомобильная отрасль переживает самую глубокую трансформацию за столетие. На протяжении поколений превосходство измерялось механикой: лошадиными силами, крутящим моментом и управляемостью. Сегодня поле битвы сменилось. Автомобиль определяют уже не лошадиные силы, а вычислительная мощность, и самый важный компонент теперь не блок цилиндров, а центральный вычислительный модуль. Автомобиль стал высокопроизводительным компьютером на колёсах, определяемым программным обеспечением.

Взгляд лидера отрасли

«Производители боятся за будущее своего бизнеса, но не знают, куда пойдёт рынок. Ближайшие три-пять лет у них всё в порядке; дальше — большая неизвестность». Dr. Alexander Scheidt, Global Automotive Industry Leader, IBM Global Business Services.

Это не постепенная эволюция. Это тектонический сдвиг в самой природе автомобиля и в экономике, которая им управляет. Переход к программно определяемому автомобилю (SDV) может создать для отрасли потенциальную ценность более 650 млрд долларов к 2030 году и в корне переписывает правила конкуренции и создания ценности. Новая парадигма обещает автомобили, которые перестают быть статичными продуктами и становятся живыми платформами: они непрерывно развиваются за счёт удалённых обновлений, глубоко персонализируются под каждого пользователя и приносят новые регулярные доходы ещё долго после продажи. Сама цепочка создания стоимости перестраивается, и рынки разработки программного обеспечения и электроники, по прогнозам, будут расти намного быстрее отрасли в целом.

Как растут доходы от программного обеспечения

BCG также оценивает рост доходов от автомобильного программного обеспечения и электроники. Доходы производителей вырастут почти втрое, с 87 до 248 млрд долларов к 2030 году, а рынок поставщиков этих компонентов почти удвоится, с 236 до 411 млрд.

Ценность перетекает в программное обеспечение

Доходы от автомобильного программного обеспечения к 2030 году вырастут почти втрое

Доходы от автомобильного программного обеспечения и электроники, млрд долларов, от сегодняшнего дня до 2030 года. Источник: BCG и World Economic Forum, 2023.

Млрд долларов

Производители

Сегодня
87
2030
87

Поставщики

Сегодня
236
2030
236
Ценность автомобиля смещается от железа к коду, и её получает тот, кто пишет программное обеспечение.

B. Большой разрыв. Пропасть между потенциалом и реальностью

Однако при всём этом потенциале в сердце отрасли лежит большой разрыв. Глубокая системная фрагментация цифровой архитектуры автомобиля, хаос унаследованных систем, изолированных данных и разрозненных приложений, открыла пропасть между обещанием SDV и реальностью, с которой сталкиваются потребители, дилеры и даже сами производители.

Разрыв в извлечении ценности

Хотя потенциал монетизации данных автомобиля очевиден, участники рынка (производители, поставщики, сервисные компании и дилеры) пока не извлекли ценность из этого потока данных. Этот разрыв между потенциалом и реальностью — один из главных вызовов отрасли.

Это не мелкая неэффективность и не болезнь роста. Это структурный сбой, который разрушает ценность, разочаровывает клиентов и тормозит инновации. Это коллективная слепая зона, огромный массив нереализованных доходов и растраченного капитала, который действующие игроки, застрявшие в мышлении, сосредоточенном на «железе», не могут или не хотят увидеть. По нашим консервативным оценкам, эта слепая зона ежегодно означает более 100 млрд долларов потерянной или неиспользованной ценности.

Разрыв во внутренних возможностях

Основа современного маркетинга и создания ценности — надёжное измерение, и при этом лишь треть производителей считает, что располагает достаточными аналитическими ресурсами для эффективных решений. Этот разрыв между доступными данными и полезной информацией — центральный элемент слепой зоны отрасли.

Цель этой статьи — высветить эту слепую зону. Я разберу анатомию этой фрагментации, измерю её колоссальный масштаб проверенными данными и проведу параллели с историческими подрывными изменениями в других отраслях, которые показывают неизбежность этого перехода. Наконец, я представлю ясное и применимое видение единой платформы, которая в итоге закроет эту пропасть и тем самым реализует одну из крупнейших возможностей создания ценности следующего десятилетия.

Вызов масштаба

Масштабировать успешное цифровое предложение чрезвычайно сложно. Разработать приложение для записи в сервис может показаться простым делом, но добиться его синхронизации с тысячами разных систем дилеров может потребовать многолетних переговоров о технологических затратах, обмене данными и правовом регулировании.

IIБольшая фрагментация. Сломанный опыт от дилерского центра до дороги

Слепая зона на 100 млрд долларов — не абстракция. Это ежедневная реальность каждого участника автомобильной экосистемы. Она проявляется как сломанный путь клиента, каскад неэффективностей, который начинается в дилерском центре, доходит до дороги и на каждом шаге уничтожает ценность и терпение. Первопричина не в нехватке технологий. Она в глубоком отсутствии объединяющего видения и архитектуры, в ране, которую отрасль нанесла себе сама своей исторически разобщённой структурой.

Состояние цифровизации

По всей цепочке создания стоимости в автопроизводстве большинство организаций сообщает о низком уровне цифровой зрелости. Это говорит о том, что внедрение раздроблено на несколько этапов, и открывает большие возможности для роста через координацию и сотрудничество в отрасли.

A. «Ад приложений» для потребителя. Смерть от тысячи цифровых порезов

Для сегодняшнего владельца цифровой опыт — хаотичная мозаика разрозненных сервисов, настоящий «ад приложений». Купив новый автомобиль, потребитель поневоле становится системным интегратором собственной мобильности. Ему приходится скачивать и вести головокружительный набор отдельных приложений: одно от производителя для дистанционного запуска двигателя, другое от дилера для записи в сервис, третье от страховщика для телематической программы и часто ещё полдюжины, чтобы ориентироваться в запутанном ландшафте общественной и домашней зарядки электромобиля.

Водитель как интегратор собственного автомобиля

Каждый сервис автомобиля приходит через отдельное приложение

Приложения, которыми управляет водитель после покупки электромобиля, согласно разделу. Иллюстрация.

Приложение производителяПриложение дилераПриложение страховщикаЗарядная сеть AЗарядная сеть BЗарядная сеть CВодительОдно приложение
Без связующего уровня сервисы интегрирует сам клиент.
Практический пример. Хаос электрической зарядки

Зарядка электромобиля — самый наглядный пример этого хаоса. Из-за отсутствия стандартизации у каждой зарядной сети своё приложение, своя учётная запись и свой способ оплаты. По данным Smartcar, 56 % водителей уже пользуются сторонними приложениями для страхования, обслуживания или зарядки.

Данные рисуют очень ясную картину этого неудачного опыта. Недавний отчёт Smartcar показал, что 76 % водителей не подписаны на подключённые сервисы своего производителя, и это явное свидетельство того, как оценивается их ценность. Готовность платить за эти фрагментированные предложения резко падает, с 86 % в 2024 году до всего 68 % в 2025 году, по данным S&P Global Mobility. За этим падением стоят усталость от подписок, раздражение от аппаратных функций, за которые нужно платить отдельно, и глубокая обеспокоенность конфиденциальностью данных: потребители справедливо спрашивают, кто собирает их данные и как они используются в этой разрозненной экосистеме.

Что питает недовольство

Потребители всё больше устают от регулярных платежей, от фрагментированных уровней обслуживания, где базовые функции распределены по нескольким платным уровням, и от аппаратных функций, для активации которых требуются отдельные платежи.

Нигде эта фрагментация не проявляется так остро, как в электромобиле. Опыт зарядки — идеальный пример сломанной системы. У каждой сети своя учётная запись, своя платёжная система и своя карта. Водителям приходится одновременно пользоваться несколькими приложениями, часто с неточными данными о доступности станций и зарядками, которые не запускаются надёжно, а это порождает путаницу, тревогу за запас хода и глубокое разочарование. Это не тот плавный и футуристичный опыт, который обещали потребителю. Это серьёзный барьер для распространения электромобилей.

Проблема совместимости

Совместимость остаётся хронической проблемой. По данным S&P Global Mobility, вести несколько подписок на разные сервисы автомобиля обременительно и запутанно, а отсутствие интеграции с цифровыми экосистемами, которыми пользователь уже пользуется, тормозит их распространение.

Готовность платить снижается

Всё меньше водителей платят за подключённые сервисы

Водители, готовые платить за подключённые сервисы в 2024 и 2025 годах, по данным S&P Global Mobility. Водители без подписки на сервисы своего производителя, по данным Smartcar (2025).

Водители, готовые платить за подключённые сервисы

0 %
2024
0 %
2025
0 %

Водители без подписки на сервисы своего производителя

Подключённые сервисы продаются по частям, и клиент перестал их покупать.

B. Дилемма дилера. Утопая в разрозненных данных

Та же фрагментация, что мучает потребителей, порождает операционный хаос на передовой отрасли, в дилерском центре. Дилеры работают внутри того, что можно назвать только «огороженными садами» данных: их системы управления клиентами (CRM) и управления дилерским центром (DMS) печально известны тем, что не взаимодействуют друг с другом, не говоря уже о системах производителя или приложениях клиента.

Реальные последствия

У этой разобщённости данных реальные последствия. Например, если клиент просит исключить его из маркетинговых рассылок, это изменение может не отразиться автоматически на всех платформах, что подвергает дилера возможным правовым рискам и создаёт плохой клиентский опыт.

У этого цифрового разрыва серьёзные и измеримые последствия. Недавний опрос Digital Dealer среди специалистов дилерских центров показал масштаб проблемы.

  • Парализующая неэффективность. Почти 60 % дилеров говорят, что отсутствие интеграции между их системами CRM и DMS растягивает сделки в среднем до трёх часов и более. Это мёртвое время, которое раздражает клиента и ограничивает число продаж, которые может оформить дилер.
  • Потраченный впустую труд. Более половины опрошенных специалистов оценивают свои потери из-за этих системных неэффективностей в 5–10 часов и более в неделю. Это огромная потеря производительности в бизнесе с большими объёмами и низкой маржой.
  • Прямые финансовые затраты. Потери — не только во времени. Более 70 % дилеров тратят от 5000 до 20 000 долларов в год на прямые расходы вроде печати и бумаги, что напрямую вытекает из сломанных цифровых процессов.

Цена сломанной системы

Разрыв между CRM и DMS оплачивается часами и бумагой

Опрос Botdoc среди специалистов дилерских центров, январь 2025 года, опубликован Digital Dealer.

почти

0 %

сталкиваются со сделками по три часа и более из-за отсутствия интеграции CRM и DMS

более

0 %

теряют от 5 до 10 часов и более в неделю

более

0 %

тратят от 5000 до 20 000 долларов в год на бумагу и разрозненные системы

Каждую неделю дилер платит за разрыв часами продаж.
Слепая зона пути клиента

Согласно одному исследованию, лишь 8 % продаж автомобилей можно было отследить в CRM дилера. Это значит, что дилеры фактически слепы в отношении 92 % клиентов, которые так и не отправили официальный запрос, и упускают большую часть пути покупателя.

92 %, которых дилер не видит

Лишь 8 из каждых 100 продаж отражаются в CRM дилера

Каждая ячейка — 1 % из 875 000 проанализированных продаж. Источник: Autotrader по данным Clarivoy.

8 %продаж можно отследить в CRM

92 %— покупатели, которые так и не оставили заявку

Почти обо всех своих клиентах дилер принимает решения вслепую.

Эта операционная дисфункция неизбежно доходит до клиента. В том же опросе Digital Dealer дилеры отмечают, что почти 40 % их клиентов недовольны или очень недовольны процессом продажи, разбросанным по нескольким приложениям и системам. Дилер, который должен быть центром отношений с клиентом, оказывается одним из главных источников трения.

Удовлетворённость покупателей снижается

Общая удовлетворённость процессом покупки снизилась второй год подряд в 2022 году, до 61 %, с пика в 72 % в 2020 году. Покупатели говорят, что раздражены высокими ценами, ограниченным выбором на складе и временем, которое требует оформление покупки.

C. Архитектурная ловушка производителя. Конфедерация поставщиков

Первоисточник этой общеотраслевой фрагментации — производители комплектного оборудования (OEM) и их глубоко укоренившаяся архитектурная философия, сосредоточенная на «железе». Десятилетиями автомобили собирались из компонентов огромной сети поставщиков первого уровня, и этот подход был просто перенесён на программное обеспечение.

Взгляд генерального директора. «Конфедерация поставщиков»

«Меня удивляет, сколько производителей до сих пор работают с очень старыми электрическими архитектурами и с программным обеспечением от конфедерации поставщиков. Это никогда не заработает. Сколько бы программистов они ни наняли, код работать не будет». Jim Farley, генеральный директор Ford Motor Company.

Генеральный директор Ford Jim Farley описал эту ситуацию с поразительной откровенностью, признав, что в типичном современном автомобиле «около 150 модулей с полупроводниками, разбросанных по всей машине. Проблема в том, что программное обеспечение для них пишут 150 разных компаний. И они не общаются друг с другом».

150 модулей, 150 компаний

Программное обеспечение автомобиля пишут 150 поставщиков, которые не общаются друг с другом

Каждый куб — блок управления с полупроводниками, а его цвет обозначает поставщика. Цифра относится к Ford и приведена генеральным директором Jim Farley в 2023 году. Расположение каждого блока условно.

Автомобиль, разделённый между 150 поставщиками, невозможно обновлять как единое целое. Собрать его в несколько зон с центральным компьютером — именно это решила сделать Ford во втором поколении.

Модель «конфедерации поставщиков», при которой производители отдают контроль над каждым программным модулем тому, кто предложит лучшие условия, делает единый, плавный и развивающийся пользовательский опыт технически и договорно невозможным. Это исходный код проблемы фрагментации. В результате автомобиль стал не целостной цифровой платформой, а мозаикой разнородных и конкурирующих систем, которые активно сопротивляются интеграции. Эта архитектурная ловушка — главная причина того, что, несмотря на миллиарды, вложенные в НИОКР, цифровой опыт в салоне у большинства традиционных производителей по-прежнему сильно отстаёт от телефона, который водитель носит в кармане.

Как лоскутные технологии бьют по бизнесу

Зависимость от множества поставщиков создаёт «мозаику инструментов», которая замедляет внутренние процессы и дробит клиентский опыт. Когда каждый отдел и каждый компонент работает со своим интерфейсом, сообщения становятся несогласованными, возникает трение для покупателя, а удовлетворённость и лояльность клиентов падают.

IIIОтголоски подрывных изменений. Уроки цифровых революций в путешествиях и медиа

Нынешняя цифровая фрагментация автомобиля не уникальна. Это знакомая глава истории подрывных изменений, закономерность, которая за последние 25 лет повторилась почти во всех крупных отраслях. Чтобы понять, куда движется автомобильная отрасль, достаточно посмотреть, через что уже прошли путешествия и медиа. Они дают ясную и убедительную дорожную карту грядущей неизбежной консолидации и перехода к платформам.

Аналогия. Подрывные изменения в мобильной телефонии

Подрывные изменения на рынке мобильных телефонов — мощная аналогия. За очень короткое время ценность и точки контроля перешли от производителей оборудования вроде Nokia и Blackberry к владельцам программных экосистем и приложений, iOS от Apple и Android от Google.

A. Мир до Expedia. Эпоха привратника

Вспомните, как бронировали поездку до появления онлайн-турагентств (OTA). Это был мир сильного трения, непрозрачных цен и глубокой информационной асимметрии. Экосистема была полностью раздроблена. У авиакомпаний, отелей и компаний по прокату автомобилей были собственные системы учёта мест. Чтобы ориентироваться в этой сложности, потребители зависели от живых привратников — турагентов.

Бронирование по телефону

До интернета бронирование рейса требовало междугородних звонков в авиакомпанию или агентство. Билеты были листами, заполненными от руки под копирку, а каждое место вручную сверялось с доской бронирования и журналом.

Опыт был громоздким и аналоговым. Нужно было лично прийти в агентство, листать глянцевые буклеты и полагаться на ограниченные знания агента и его предпочтительных партнёров. Бронирование часто требовало междугородних звонков, а международная поездка могла означать отправку писем и банковских переводов в валюте, чтобы внести депозит за номер. Билеты были многолистовыми бумажными документами, а любое изменение превращалось в логистический кошмар. Не было ни отзывов других путешественников, ни сравнения цен в реальном времени, ни единого места для управления маршрутом. Каждая часть поездки — перелёт, отель и автомобиль — была отдельной и трудоёмкой сделкой.

Аналоговый отель

В доцифровую эпоху всё делалось вручную. В отделе бронирования отеля висела огромная доска во всю стену, заполненная датами и категориями номеров, чтобы отслеживать наличие мест. Каждая новая бронь записывалась в бумажный журнал и передавалась в другой отдел для обновления доски. Самыми передовыми средствами связи были телекс и факс.

Параллель с нынешним автомобильным опытом поразительна. Сегодняшний владелец, который управляет жизнью своего автомобиля через дюжину приложений, живёт в цифровом эквиваленте эпохи путешественника до Expedia. Он вынужден быть собственным турагентом и вручную сшивать разрозненный набор сервисов, чтобы закрыть базовые потребности в мобильности.

Обещание удобства

Онлайн-турагентства вроде Expedia изменили правила игры, пообещав непревзойдённое удобство. Они предложили единое место для бронирования и управления всей поездкой — перелётами, отелями и автомобилями — вместо разрозненного аналогового мира, который им предшествовал.

От посредника к агрегатору

Expedia заменила цепочку посредников единой точкой

Как бронировали поездку до интернета и через онлайн-агентство. Иллюстрация.

АвиакомпанияОтельАрендованный автомобильАгентствоПутешественникАгрегатор
Выигрывает тот, кто собирает предложение, и та же закономерность ждёт автомобиль.

B. Мир до Spotify. Тирания альбома

В музыке произошло нечто похожее. До цифровой революции бизнес-модель отрасли целиком строилась вокруг продажи физического упакованного продукта — альбома. Открытие новой музыки ограничивалось эфирными списками радиостанций или советами друзей в соседнем музыкальном магазине. Покупка была событием, а прослушивание зависело от физического носителя: винила, кассеты или CD. Если вам нужна была одна песня-хит, часто приходилось покупать весь альбом из десяти песен.

Попробовать альбом перед покупкой

До стриминга открытие музыки было физическим и социальным опытом. В музыкальных магазинах обычно были зоны прослушивания с проигрывателями и наушниками, где альбом можно было «попробовать» перед покупкой. Если нравились только одна-две песни, можно было купить сингл.

Появление в 1999 году файлообменных сервисов вроде Napster не создало спрос на отдельные треки по запросу. Оно лишь вскрыло огромный скрытый спрос, который жёсткая структура отрасли не сумела удовлетворить. Отрасль ответила судебными исками вместо инноваций — классическая ошибка действующего игрока.

Эффект Napster

Napster, первая крупная файлообменная платформа, позволял пользователям бесплатно обмениваться файлами MP3. Он появился в 1999 году, к марту 2000 года собрал 20 млн пользователей и закрылся в 2001 году с 50 млн.

По-настоящему понять перемену сумели такие платформы, как iTunes Store от Apple, а затем Spotify. Они не ограничились оцифровкой CD. Они переосмыслили бизнес-модель с нуля. Они перевели отрасль от разовой продажи продукта к непрерывным сервисным отношениям и объединили открытие, доступ, оплату и персонализацию в одном плавном опыте.

Главное нововведение Spotify

Главным нововведением Spotify стала платформа, на которой пользователи не владели музыкой, но «имели всю музыку мира под рукой». Сделав ставку на почти мгновенную загрузку треков, сервис воспроизвёл ощущение прослушивания скачанного альбома и сумел увести пользователей от нелегального файлообмена к новой концепции стриминга.

Сегодня большинство производителей по-прежнему остаются в бизнесе «альбомов». Они сосредоточены на разовой продаже дорогостоящего аппаратного продукта. По большей части им не удалось построить сервисные отношения, которые удерживают клиента и приносят регулярный доход. Этот пробел оставил дверь широко открытой для нового игрока, который построит «Spotify для автомобиля» — платформу, которой будут принадлежать опыт в салоне и непрерывные отношения с клиентом.

От аналоговых продуктов к цифровым

«Электромобили научили нас тому, что дело не в силовой установке, а в том, что мы делаем за её пределами, и ещё в программном обеспечении. Электромобили Ford первого поколения были аналоговыми продуктами; следующая волна будет цифровой». Jim Farley, генеральный директор Ford Motor Company.

Главный урок этих двух подрывных изменений в том, что победившие платформы не ограничились созданием цифровой версии старого разрозненного процесса. Expedia не построила лучшую систему для турагентов. Она дала потребителю прямой доступ ко всему мировому предложению туристических услуг. Spotify не стал эффективнее продавать MP3. Он перевёл всю парадигму от владения к доступу. В обоих случаях платформа агрегировала предложение, скрыла лежащую в основе сложность и создала несравнимо лучший пользовательский опыт. Тем самым она стала главным интерфейсом с клиентом и низвела первоначальных поставщиков, авиакомпании и звукозаписывающие лейблы, до роли поставщиков сырья в экосистеме, которую они больше не контролировали. Это экзистенциальная угроза, с которой сегодня сталкиваются производители, и это масштаб возможности, которая ждёт компанию, построившую платформу, объединяющую мобильность.

Сила агрегации

Хотя онлайн-турагентства предлагали удобство, их доступ к предложению часто был ограничен. Традиционный турагент, напротив, мог получить доступ ко всему спектру доступных вариантов, что показывает стратегическую силу агрегации всего предложения — ключевую черту всех успешных платформ.

Napster: от нуля до 50 млн

За два года 50 млн человек выбрали отдельные треки

Пользователи Napster с момента его появления в 1999 году до закрытия в 2001 году. Источник: Castr.

Млн пользователей

  1. 1999Появление Napster
  2. Март 2000 года20 млн
  3. 2001Закрытие с 50 млн
Спрос уже существовал, и отрасль не хотела его замечать.

IVИзмерить пропасть. Реальная цена разобщённой архитектуры

Фрагментация, от которой страдает автомобильная отрасль, — не просто неудобство. Это прямая и измеримая утечка ценности. Если сложить нереализованные доходы от данных, упущенные возможности в сервисах нового поколения и ценность, которую разъедают плохой клиентский опыт и операционные потери, масштаб этой слепой зоны становится очевиден. Цифра в 100 млрд долларов — не преувеличение. Это консервативная и подкреплённая данными оценка ежегодной ценности, которую сегодня оставляют на столе, потому что отрасль не сумела построить целостную цифровую архитектуру.

Разрыв в ценности данных

Хотя потенциал очевиден, участники рынка данных автомобиля (производители, поставщики, сервисные компании и дилеры) пока не извлекли ценность из этого потока данных. Этот разрыв между потенциалом и реальностью — один из главных вызовов отрасли.

Приведённый ниже анализ раскладывает эту возможность на составляющие и образует финансовое ядро нашего инвестиционного тезиса. Он сводит данные многочисленных рыночных отчётов в единую целостную картину ценности, которая ждёт высвобождения.

Разрыв

Сегодня данные автомобиля стоят лишь малую долю того, что могут стоить

Объём пропорционален ценности. Сегодня — 7,8 млрд долларов (Global Market Insights, 2024). В 2030 году — от 450 до 750 млрд (McKinsey, 2016).

Между тем, что они стоят сегодня, и тем, что могут стоить, лежит слепая зона.

Приложение 1

Около 100 млрд долларов ежегодной ценности, теряемой из-за цифровой фрагментации

Нажмите на массив, чтобы увидеть, из чего он состоит · Оценка годовой стоимости, теряемой из-за фрагментации

A. Основные массивы ценности, теряемые из-за фрагментации

1. Нереализованная монетизация данных (около 40–60 млрд)

Крупнейшая составляющая слепой зоны — неспособность отрасли по-настоящему монетизировать данные автомобиля. Потенциал огромен. Эталонное исследование McKinsey прогнозирует, что совокупный рынок монетизации данных автомобиля достигнет глобальной стоимости 450–750 млрд долларов к 2030 году. Однако нынешний рынок составляет ничтожную долю этого потенциала. Ряд аналитических работ оценивает размер рынка в 2024–2025 годах всего в 7,8–10,15 млрд долларов. Разрыв между сегодняшней реальностью и краткосрочным потенциалом огромен. Эта ценность остаётся заблокированной именно из-за фрагментации. Ключевые данные заперты в изолированных хранилищах — облаке производителя, DMS дилера, базе данных страховщика или модуле поставщика первого уровня, — и это не позволяет получить полное сквозное представление, которого требуют персонализированные сервисы высокой ценности.

Источник данных, который постоянно растёт

Число подключённых автомобилей, главного источника этих данных, растёт экспоненциально. Ожидается, что мировой парк подключённых автомобилей вырастет примерно с 237 млн в 2021 году до более чем 400 млн в 2025 году, и каждый автомобиль генерирует большие объёмы потенциально ценной информации.

2. Неполученные доходы от сервисов нового поколения (около 30–40 млрд)

Эта фрагментация данных напрямую тормозит рост новых высокодоходных рынков услуг, которые зависят от непрерывного потока информации.

  • Страхование на основе использования. Этот рынок готов к взрывному росту: ожидается, что он вырастет примерно с 30 млрд долларов в 2025 году до более чем 60,9 млрд в 2030 году. Его ценностное предложение — точнее оценивать риск по реальному стилю вождения. Однако нынешний фрагментированный подход, основанный на устройствах OBD-II вторичного рынка или отдельных приложениях в телефоне, — это латание дыр с сильным трением. По-настоящему интегрированная система, в которой данные автомобиля с согласия пользователя непрерывно поступают из штатных систем машины к страховщику, позволила бы точнее устанавливать цены, давать проактивные советы по безопасности и обеспечить гораздо лучший клиентский опыт, заметно ускорив рост рынка.
  • Предиктивное обслуживание. Переход от реактивного ремонта к проактивному обслуживанию на основе данных — мощный рычаг эффективности. Ожидается, что рынок вырастет примерно с 41,66 млрд долларов в 2024 году до поразительных 191,42 млрд в 2032 году. Однако сегодня из-за отсутствия интегрированного канала данных между тысячами датчиков автомобиля и сервисом большинство «предиктивных» систем остаются примитивными. Единая платформа могла бы сопоставлять данные датчиков в реальном времени с аналитикой по всему парку, очень точно прогнозировать поломки и экономить потребителям и автопаркам миллиарды на простоях и предотвращённых серьёзных ремонтах.
  • Торговля в салоне. Автомобиль — один из последних крупных незавоёванных рубежей цифровой торговли. Автомобильная электронная коммерция уже стоит более 71 млрд долларов и растёт двузначными темпами в год. Единая бортовая платформа могла бы превратить каждый автомобиль в удобную точку продаж всего — от кофе и парковки до контента и обновлений функций, — то есть в огромный и почти неосвоенный канал доходов.
Интерес потребителей к функциям на основе данных

Рыночные исследования показывают, что в целом клиентов интересуют функции на основе данных, которые делают мобильность безопаснее или удобнее и экономят им время или деньги. Во всех регионах почти две трети потребителей считают сценарии использования данных автомобиля значимыми для себя.

3. Эрозия ценности из-за плохого клиентского опыта и неэффективности (около 15–25 млрд)

Наконец, фрагментация активно разрушает уже существующую ценность через плохой клиентский опыт и поразительные операционные потери.

  • Снижение пожизненной ценности клиента. Отношения с клиентом — самый ценный актив автомобильной отрасли. Один лояльный клиент может принести дилеру за всю жизнь более 50 000 долларов, если сложить повторные покупки, сервис и рекомендации. Описанный выше раздражающий и разрозненный цифровой опыт подтачивает эту лояльность и подталкивает к уходу. Скромный рост оттока клиентов на 1 % на мировом автомобильном рынке объёмом в несколько триллионов долларов означает миллиарды потерянной пожизненной ценности.
  • Операционные потери. Неэффективность дилеров складывается в многомиллиардную проблему для всей отрасли. Как показано выше, более половины специалистов дилерских центров теряют от 5 до 10 часов и более каждую неделю. Если взять в среднем 7,5 часа в неделю на 50 сотрудников в каждом из примерно 18 000 дилерских центров новых автомобилей в США, получится почти 350 млн потерянных рабочих часов в год. Это оценка порядка величины, и она означает потерю производительности более чем на 10 млрд долларов в год ещё до учёта прямых финансовых затрат на разрозненные системы.
Императив пожизненной ценности клиента

Оптимизация пожизненной ценности клиента — ключ к долгосрочному успеху. Среди стратегий её повышения — персонализация, программы лояльности и исключительное обслуживание клиентов. Неспособность их предложить из-за фрагментированных систем ведёт к оттоку клиентов и разрушению ценности.

350 млн часов

Неэффективность дилеров складывается в сотни миллионов часов в год

Расчёт порядка величины с открытыми допущениями. Передвиньте ползунки, чтобы увидеть, как он меняется.

Часы в неделю взяты из опроса Digital Dealer. Число сотрудников, дилерских центров и стоимость часа — допущения расчёта.

Потерянные часы в год

351млн

Сколько стоят эти часы

10,2млрд $

При любых разумных допущениях потерянное время исчисляется миллиардами долларов.

VЗаблуждение дезагрегации. Почему единая платформа — единственный путь

Под растущим давлением нынешняя стратегия отрасли — атаковать проблему потоком точечных решений. Производители выпускают собственные приложения, дилеры внедряют новые инструменты цифровых продаж, а небольшая индустрия стартапов предлагает всё — от устройств страхования по пробегу до агрегаторов электрической зарядки. Однако у этого подхода изначальный изъян. Он пытается лечить фрагментацию ещё большей фрагментацией. Это «заблуждение дезагрегации».

Препятствие разобщённости

Переход к культуре, основанной на данных, — это комплексная трансформация. К сожалению, разобщённость данных и организационные проблемы становятся серьёзными препятствиями: ценные данные остаются запертыми внутри каждого отдела и тормозят способность быстро внедрять инновации.

A. Пределы точечных решений

Такой дезагрегированный подход обречён на провал, потому что упускает самый ценный актив подключённого автомобиля — полный сквозной поток данных, который один пользователь создаёт на всём пути своей мобильности. Ценность создаётся не в изолированных системах. Она создаётся, когда их соединяют.

Потребность в кросс-функциональных командах

Устранение разобщённости необходимо для операционной гибкости, которой требуют современный маркетинг и предоставление услуг. Кросс-функциональные команды, объединяющие бренд, аналитику, креатив и медиа, способны ускорить проведение кампаний и стимулировать инновации.

Несколько примеров.

  • Невозможно построить по-настоящему предиктивную модель обслуживания, если данные датчиков автомобиля в реальном времени оторваны от сервисной истории у дилера.
  • Невозможно создать плавный и точный полис страхования по пробегу, если приложение страховщика не интегрировано напрямую с системами помощи водителю (ADAS) автомобиля, чтобы понимать ситуации, близкие к аварии.
  • Невозможно спроектировать умный планировщик маршрутов для электромобиля, если навигатор не имеет доступа в реальном времени к уровню заряда батареи, к платёжным учётным записям водителя для зарядки и к текущей доступности станций разных сетей.
Вызов интеграции

Техническая сложность интеграции огромна. Например, разработать программное обеспечение для приложения записи в сервис может быть несложно, но добиться его синхронизации со всеми разными системами тысяч дилеров — чрезвычайно сложная задача, способная погубить импульс любого проекта.

Каждое точечное решение в отдельности видит лишь маленький фрагмент головоломки. Результат — худший опыт для пользователя и очень ограниченная способность поставщика услуги создавать и извлекать ценность. Отрасль тратит миллиарды на создание набора цифровых сервисов, которые по самой своей конструкции не могут общаться друг с другом.

Цена для клиентского опыта

Мозаика разрозненных инструментов не только замедляет внутренние процессы. Она также дробит клиентский опыт. Итог — падение удовлетворённости и лояльности, потому что у людей мало терпения к повторяющимся вопросам и противоречивым обновлениям.

B. Сила повторной сборки. Операционная система автомобиля

Настоящая революция, которая высвободит возможность в 100 млрд долларов, лежит не в дальнейшей дезагрегации, а в «повторной сборке» этих разрозненных сервисов в одну единую платформу. Такая платформа будет работать как настоящая операционная система автомобиля (OS), центральная нервная система, которая соединяет автомобиль, водителя, дилера, страховщика и всю экосистему мобильности.

Следующее смещение ценности

«Программное обеспечение пожирает мир, но ИИ пожрёт программное обеспечение». Jensen Huang, генеральный директор Nvidia. Эта фраза отражает стратегический сдвиг, при котором базовая платформа и её интеллект, операционная система и её ИИ, становятся ценнее приложений, работающих поверх них.

Это не маргинальная идея. Самые передовые лидеры отрасли уже поняли, что владение операционной системой — окончательная стратегическая точка контроля. Как сказал генеральный директор Mercedes-Benz Ola Källenius, представляя новую платформу, «мы приняли решение стать архитекторами собственной операционной системы, единой архитектуры от чипа до облака, которая использует полный доступ к аппаратным и программным компонентам наших автомобилей». Это показывает ключевое понимание. Чтобы предложить цифровой опыт высшего уровня, недостаточно интегрировать программное обеспечение других компаний.

Ядро архитектуры нужно контролировать.

Перенести архитектуру внутрь компании

«В Ford мы решили полностью перенести электрическую архитектуру внутрь компании во втором поколении электромобилей. Для этого всё программное обеспечение нужно писать самим. Но производители никогда не писали такого программного обеспечения. Мы буквально впервые пишем программное обеспечение, на котором работает автомобиль». Jim Farley, генеральный директор Ford Motor Company.

Эта операционная система — не просто информационно-развлекательный экран. Это фундаментальный уровень, на котором будет строиться вся будущая ценность. Это платформа, которая будет агрегировать данные, управлять сервисами и, главное, владеть основными отношениями с клиентом. Стратегическая битва следующего десятилетия в автомобильной отрасли развернётся не между автомобильными марками, а между конкурирующими экосистемами. Победит платформа, которая создаст благотворный круг: лучший пользовательский опыт привлекает больше пользователей, они создают больше данных, данные позволяют предлагать ещё лучшие сервисы, те привлекают больше внешних разработчиков и ещё сильнее укрепляют предложение платформы. Это наглядное проявление сетевых эффектов. Поэтому главная возможность — не создать ещё одно изолированное приложение, а построить саму платформу, которая всё собирает воедино.

Параллель. Война мобильных операционных систем

Подрывные изменения в мобильной телефонии дают ясную параллель. Ценность и контроль очень быстро перешли от производителей оборудования к владельцам программных экосистем и приложений, Apple iOS и Google Android, которые выиграли от очень сильных сетевых эффектов.

Дезагрегация против повторной сборки

Разрозненные решения не создают опыта

Точечные решения, названные в главе, против платформы, которая их объединяет. Иллюстрация.

Приложения производителейЦифровые инструменты дилераУстройства страхования по использованиюАгрегаторы зарядкиОдна платформа
Ценность — в повторной сборке, поэтому выигрывает тот, кто контролирует платформу.

VIПереосмыслить архитектуру. Видение целостного автомобильного будущего

Чтобы построить это будущее, нужно выйти за пределы чисто технического взгляда на автомобиль. Автомобиль — больше чем машина. Это личное пространство, инструмент свободы и платформа впечатлений, и технологии должны служить этому опыту. Наше видение новой автомобильной архитектуры выстроено в три уровня: опыт, интеллект и физический уровень.

  • Уровень опыта. Это точка контакта с клиентом. Единый интерфейс, который упрощает сложность, возвращает удовольствие от поездки и определяет отношения с водителем.
  • Уровень интеллекта. Это модели ИИ и проверенные данные, на основе которых они рассуждают. Они обрабатывают информацию, поступающую от автомобиля и из его использования, и дают персонализированные, предиктивные и эффективные результаты. Это двигатель создания ценности.
  • Физический уровень. Это автомобиль и то, что его измеряет: бортовое оборудование и датчики, а также наблюдение сверху. Это основа, спроектированная ради безопасности и надёжности, и она служит двум другим уровням.

Такое видение требует радикально новой архитектуры, спроектированной с нуля ради целостности и интеллекта, где каждый уровень построен для работы с двумя другими.

Три уровня

Трёхуровневая архитектура, и у каждого уровня свой дом

Нажмите на уровень, чтобы увидеть, что внутри. Восходящий поток — это данные, от физического уровня к уровню опыта.

Уровень опыта

Cal-1

Вся автомобильная отрасль в одном приложении: Cal-1 C, Cal-1 V и Cal-1 Pro+.

  • Уровень опыта. Cal-1. Вся автомобильная отрасль в одном приложении: Cal-1 C, Cal-1 V и Cal-1 Pro+.
  • Уровень интеллекта. Calaa и Codex. Модели Calaa и проверенные данные Codex, сквозные для всех марок.
  • Физический уровень. Cal-1 Link и KRN. Бортовое устройство и, сверху, группировка KRN с её первым запланированным спутником.
Три уровня используют одни и те же данные и один и тот же опыт.

A. Архитектура решения

1. Уровень опыта (Cal-1)

Сегодняшний «ад приложений» должен уступить место одному приложению, которое объединяет всю автомобильную отрасль и управляет всем жизненным циклом клиента. Это Cal-1, универсальный пульт мобильности пользователя. Представьте опыт, в котором…

  • Автомобиль настраивается и покупается прямо в приложении, с прозрачными ценами и встроенным финансированием.
  • Полис страхования по пробегу активируется без трения в момент покупки, а страховые взносы корректируются в реальном времени по данным штатных систем автомобиля.
  • Приложение заранее предупреждает, что конкретный компонент начинает проявлять признаки износа, и позволяет одним касанием записаться к ближайшему дилеру.
  • В поездке по трассе приложение не только ведёт по маршруту, но и умно планирует остановки для зарядки, бронирует зарядную станцию и автоматически проводит оплату, какой бы ни была зарядная сеть.
  • Можно находить, покупать и мгновенно активировать новые функции автомобиля, от программного повышения характеристик до подписки на премиальный звук, прямо с водительского кресла.
Сила объединения в пакет

Согласно опросу McKinsey, объединение разрозненных функций подключения в целостный пакет повышает намерение потребителя купить более чем на 16 процентных пунктов во всех регионах. Это убедительное, подкреплённое данными подтверждение тезиса об одном приложении.

Внутри того же приложения работают его сервисы. Cal-1 C — баллы для оплаты без трения внутри экосистемы. Cal-1 V — виртуальный мир, чтобы погружаться в продукт и бренд. И Cal-1 Pro+ — рыночная аналитика для производителей, импортёров и крупных дистрибьюторских групп. Это единая точка контакта, которая устраняет трение.

2. Уровень интеллекта (Calaa и Codex)

За этим плавным опытом стоит Calaa, семейство моделей ИИ группы. Gamma обращена к публике, а Prisma и Vega работают внутри Cal-1. Это центральный интеллект, спроектированный для трёх разных функций.

  • Персонализация. На уровне пользователя ИИ персонализирует каждое взаимодействие. Он изучает привычки, предвосхищает потребности, подбирает контент и подстраивает настройки автомобиля под предпочтения каждого, пока автомобиль не начнёт ощущаться продолжением самого водителя.
  • Координация. На уровне сервисов ИИ выступает оркестратором данных. Он обеспечивает безопасный и непрерывный поток информации между автомобилем, приложением, страховщиком, сервисом и электросетью и делает возможными сервисы на основе данных, немыслимые сегодня в мире изолированных систем.
  • Оптимизация. На стратегическом уровне ИИ анализирует анонимные и агрегированные данные всей экосистемы. Он выявляет глубинные тенденции, предвосхищает потребности рынка и даёт понимание, необходимое для непрерывного совершенствования платформы, от конструкции автомобиля до предложения услуг.

Интеллект стоит столько, сколько стоят данные, на основе которых он рассуждает. Codex — это и есть такие данные. Проверенная база, сквозная для всех марок, построенная на официальных источниках, таких как британская DVSA, американская NHTSA и европейская система Safety Gate. Ни один производитель не может её иметь, потому что каждый видит только свои автомобили.

ИИ как автоматизация автоматизации

«ИИ — самая мощная технологическая сила нашего времени. Это автоматизация автоматизации, при которой программы пишут программы». Jensen Huang, генеральный директор Nvidia.

3. Физический уровень (Cal-1 Link и KRN)

Интеллекту нужны данные реального автомобиля, и их даёт физический уровень. Cal-1 Link — бортовое устройство. Оно подключается к автомобилю и передаёт его телеметрию, от состояния батареи до износа каждого компонента. KRN станет группировкой наблюдения Земли, которая сверху даст то, чего не видит телеметрия: движение транспорта, состояние дорог и инфраструктуру. Её первый спутник, KRN-01, уже запланирован.

Кто строит каждый уровень

Calaa Capital — материнская компания группы. Calaa Lab пишет программное обеспечение, Calaa Mind измеряет отрасль, Calaa развивает интеллект, Cal-1 — продукт, а Calaa Robotics производит оборудование.

Каждый уровень строит специализированная команда, и все три используют одни и те же данные и один и тот же опыт. Фрагментация устраняется и в архитектуре, и в организации, а в результате появляется экосистема, которая стоит больше суммы своих частей.

VIIЗаключение. Гонка за извлечение ценности

A. Неизбежный переход

Доказательства неопровержимы, а исторические параллели ясны. Автомобильная отрасль находится в исторической точке перелома, переходном моменте не менее значимом, чем переход от конной повозки к двигателю внутреннего сгорания. Переход от бизнес-модели, сосредоточенной на «железе» и продукте, к модели, сосредоточенной на программном обеспечении и сервисе, — вопрос не о том, наступит ли он, а о том, когда.

Что говорят о будущем традиционные лидеры

«В General Motors наше видение будущего — это мир без аварий, без выбросов и без пробок. Ключ к этому видению — электрификация». Mary Barra, генеральный директор General Motors.

Нынешняя цифровая фрагментация в корне неустойчива. Это пережиток другой эпохи, модель, которая разрушает ценность, раздражает потребителей, отдаляет дилеров и оставляет неиспользованными сотни миллиардов долларов потенциальных доходов и экономии. Ожидания потребителей, технологические возможности и экономическая необходимость неумолимо ведут к более интегрированному, более умному и более ориентированному на пользователя будущему.

Момент «горящей платформы»

Ситуация напоминает подрывные изменения на рынке мобильных телефонов. Переход от «простых телефонов» к смартфонам генеральный директор Nokia в своё время назвал «моментом горящей платформы» — точкой, в которой компании пришлось выбирать между радикальной переменой и неизбежным устареванием.

B. Динамика «победитель получает почти всё»

История преподаёт ключевой урок о подобных подрывных изменениях, движимых платформами. Ценность накапливается непропорционально у агрегатора. В борьбе за цифровое будущее путешествий победила не авиакомпания и не гостиничная сеть. Победили Expedia и Booking.com. В музыке победил не звукозаписывающий лейбл. Победили Apple и Spotify. Эти компании стали главным интерфейсом потребителя, центром экосистемы и главными получателями созданной ценности.

Параллель. Война мобильных операционных систем

Подрывные изменения на рынке мобильных телефонов дают мощную параллель. Ценность и точки контроля очень быстро перешли от производителей оборудования, Nokia и Blackberry, к владельцам программных экосистем и приложений, Apple iOS и Google Android, и за очень короткое время в корне перестроили отрасль.

Та же динамика «победитель получает почти всё» определит будущее автомобиля. Успешных автомобильных операционных систем не будет дюжина. Рынок сконцентрируется на одной или двух доминирующих платформах, которые наберут критическую массу, создадут мощные сетевые эффекты и будут владеть отношениями с клиентом. Гонка за создание такой платформы сегодня — главный стратегический императив отрасли. Традиционных игроков сдерживают устаревшие архитектуры, конфликтующие интересы каналов и культура, глубоко укоренённая в «железе». Это открывает историческое окно для того, кто сумеет объединить отрасль вокруг общей платформы.

Возможность объёмом в несколько триллионов долларов

«Революция беспилотных автомобилей наступила. Я предсказываю, что это, вероятно, будет первая роботизированная отрасль объёмом в несколько триллионов долларов». Jensen Huang, генеральный директор Nvidia.

C. Призыв к действию

Это подводит нас к последнему, решающему пункту. Слепая зона на 100 млрд долларов будет высвечена, и открытым остаётся вопрос, кто это сделает и с кем. Ни одна часть не решит задачу в одиночку, а ещё одно нишевое приложение или точечное решение лишь добавит шума. Нужно построить объединяющую платформу, и у каждого участника отрасли в ней своя роль.

  • Производители. Подключение их автомобилей к общей платформе возвращает им отношения с клиентом, которые сегодня распределены между дилером, страховщиком и дюжиной приложений.
  • Поставщики первого уровня. Их компоненты создают данные, питающие платформу, а общий интерфейс превращает каждый модуль в часть системы.
  • Заводы и цепочка поставок. Данные эксплуатируемого автомобиля возвращаются на производственную линию и показывают, что выходит из строя, когда и в каких условиях.
  • Исследовательские институты и университеты. Проверенная база данных, сквозная для всех марок, — это материал, которого сегодня нет ни у одной лаборатории.
  • Правительства и регуляторы. Упорядоченные данные автомобиля, собранные с согласия, — основа безопасности дорожного движения, планирования зарядной инфраструктуры и таких норм, как европейский закон о данных.
  • Инвесторы. Возможность состоит в том, чтобы поддержать создание фундаментальной платформы с её первой части.
ИИ как основа конкуренции

«ИИ проникнет во все отрасли и станет основой конкуренции и роста». Jensen Huang, генеральный директор Nvidia.

Это шанс вместе построить операционную систему мобильности, платформу, которая станет Expedia, Spotify и Amazon автомобильного мира. Потребность очевидна, рынок огромен, а технологические элементы уже существуют. План целостного, умного и глубоко ценного будущего уже существует. Действовать нужно сейчас.